Восхищенный ее непревзойденной красотой, я сделал шаг вперед, чтобы обнять ее в знак дружбы, но стоило мне протянуть к ней руки, как она выпустила пузырь прямо мне в лицо. Прежде чем я успел спросить, в чем провинился, я очнулся в своей кровати, сбитый с толку и не знающий, что подумать.

– Твое смущение легко объяснимо – Ллорио наложила на тебя свое заклятье, – заявил Лекустер.

– Во время сна? Я не могу поверить в возможность подобного нонсенса,

– ответил Вермулиан.

Айделфонс обеспокоенно заметил:

– Лекустер, будь так добр, расскажи нам, каким образом можно распознать, наложено ли заклятье?

– С удовольствием! На последних стадиях это становится очевидно – жертва превращается в женщину. На ранней стадии наложение заклятья можно заметить по привычке молниеносно высовывать кончик языка. Вы еще не заметили ничего такого за своими друзьями?

– Занзель делает так… Но он из самых уважаемых членов ассоциации, не может быть, чтобы…

– Когда имеешь дело с Насылающей Наваждения, все невероятное становится обыкновенным, и репутация Занзеля значит не больше, чем прошлогодний снег.

Кулак Занзеля тяжело опустился на стол.

– Я возмущен до крайности! Мне уже нельзя смочить пересохшие губы, не вызывая абсурдных подозрений?

Айделфонс строгим голосом обратился к Лекустеру:

– Слова Занзеля значат для нас многое. Ты должен либо привести неопровержимые доказательства своих обвинений, либо попридержать свой язык.

Лекустер почтительно склонил голову.

– Я сделаю лишь краткое заявление. По существу Насылающая Наваждения потеряет свои силы, если не наступит конечный триумф женской расы. Мы должны сформировать сильный и могущественный союз! Ллорио не из тех, кто непобедим! Всего три эона тому назад Калантус одержал над ней верх, и прошлое по-прежнему довлеет над ведьмой.