О господи! Джеймс почувствовал себя красной тряпкой, раззадорившей быка. Он поспешил примирительно сказать:

— Что ты, Люси, я никогда не считал тебя скучной! Ты и сама это знаешь. И я вовсе не имел в виду, что твоим избранником обязательно будет скучный мужчина… Ты меня неправильно поняла. Я просто полюбопытствовал…

— …какого мужчину я приведу с собой?

Джеймс почувствовал себя очень неуютно под ее проницательным взглядом. Ему вообще никогда не нравился этот ее взгляд — как будто она видит его насквозь. Что ж, он сам вырыл себе яму, и теперь ему необходимо побыстрее выбраться из нее, не потеряв лица.

— Я думаю, тебе следует заранее назвать его имя, — рассудительно заметил он, пытаясь отвлечь Люси от вопроса, вызвавшего ее негодование. — Тогда не будет никаких заминок при знакомстве…

Рот Люси сжался в тонкую полоску, глаза засверкали еще яростнее. Джеймс чувствовал ее горячее желание разорвать его в клочья и в то же время совершенно неуместное влечение к Люси — так привлекательна была она в страстном порыве своего негодования. Да, в этой Люси не было ни сдержанности, ни здравомыслия. В коконе консервативного синего костюма была настоящая женщина, из плоти и крови, и Джеймс с трудом смог скрыть восхищение. Если она сделает хоть шаг и прикоснется к нему…

— Джош Роган, — коротко ответила Люси.

— Что?

— Ты просил назвать имя моего спутника, — напомнила она ему.

Джеймс мысленно одернул себя, заставив вернуться к реальности. Перед ним снова была деловая женщина в строгом синем костюме, черт бы его побрал! Той Люси, которая вызвала в нем все эти противоречивые чувства и желания, больше не было. И слава богу, подумал Джеймс, отгоняя видение, в котором Люси была распростерта на его письменном столе, а он удовлетворял свои самые смелые фантазии, наслаждаясь ее маленьким женственным телом. Эта вспышка сексуального влечения была полным абсурдом, поскольку Люси — его личный секретарь, а его плотские желания призвана удовлетворять на данном жизненном этапе Баффи Тэннер.