—Жена потащила меня в Тулум

Лиз широко улыбнулась, отчего глаза, обычно настороженные, сразу сделались мягче и доступнее.

Сейчас снаряжу вас по полной программе. Сколько еще вы у нас пробудете? — спросила она, осматривая подводный фонарь.

Недельки две. Полезно бывает иногда оторвать зад от письменного стола!

Вот именно. — Лиз часто благодарила судьбу за то, что многие жители Техаса, Луизианы и Флориды ощущали потребность куда-то уехать.

Говорят, пока мы в Канкуне лазили по скалам, у вас тут кое-что случилось.

Лиз понимала, что обязана ответить вежливо, но по спине у нее пробежал холодок. Улыбка увяла, на лице появилось отстраненное выражение.

—Д-да... убили американца.

—Жена прямо сама не своя. Я с трудом уговорил ее вернуться. Вы знали убитого?

Нет, не знала, подумала Лиз. Во всяком случае, знала не так хорошо, как следовало. Чтобы чем-то занять руки, она придвинула к себе бланк и начала его заполнять.

Вообще-то знала. Одно время он даже у меня работал.

Да что вы говорите?! — Водянисто-голубые глазки Эмбакла на миг сверкнули. Лиз решила, что и к этому пора бы уже привыкнуть.

Может быть, и вы его вспомните. Он был в команде на катере, когда вы с женой в последний раз выходили в море.

Нет, серьезно? — Эмбакл нахмурился и принялся жевать сигару. — Такой красавчик — как бишь его — Джонни, Джерри... — вспомнил он. — Моя старушка хохотала не переставая...

Да, он самый.

Жалко, — проворчал Эмбакл, но на лице у него появилось довольное выражение: оказывается, он знал убитого! — Такой улыбчивый, такой жизнерадостный...

Да, мне тоже очень жаль. — Лиз вынесла баллоны с воздухом и поставила на крыльцо. — Вы поосторожнее с ними, мистер Эмбакл.

И еще камеру, барышня. Хочу заснять кальмаров. Ну и уроды же!

Удивленная Лиз сняла с полки камеру и вписала ее в бланк. Посмотрела на часы, отметила время и протянула бланк Эмбаклу на подпись. Расписавшись, он протянул залог. Хороший клиент — всегда платит наличными, да еще в долларах.