Селена кивнула, соглашаясь, и обвела взглядом свои владения.

- Все это начала моя бабушка вскоре после войны. Мы были вдвоем, и у нас не было ничего, кроме ее опыта и знания целебных трав. Она продавала любовные снадобья, поэтому я смогла ходить в школу. Сейчас мне двадцать четыре. Я выросла здесь и хочу жить здесь и заниматься своим делом.

- И ты здесь многим нужна. Ведь мы-то хорошо знаем, что только благодаря деньгам, вырученным от продажи наших снадобий и парфюмерии, ты можешь что-то делать для бедных.

- Да, но...

- Ты просто не имеешь права позволить этому человеку повредить аптеке. Эти так называемые "доктора" не знают и половины того, чему научила тебя бабушка. - Роза глубоко вздохнула. - Они уже пытались нас закрыть. Конечно, если бы им это удалось, у них прибавилось бы клиентов. Если этот тип скажет им, что мы сделали ему что-нибудь плохое...

- Не говори так! - Зеленые глаза Селены вспыхнули. - То, что я хочу сделать, пойдет Дрэйку Дэлтону только на пользу. И не беспокойся за свое место. Роза. Ты - лучшая помощница, какую только можно найти. На самом деле ты уже вполне можешь открыть собственное дело.

- Будь у меня светлая кожа, я бы, наверное, так и сделала. Но я мулатка, так что нечего об этом и думать.

- В тебе не только африканская кровь, но и французская, и индейская.

- Все равно, я - потомок рабов, а ты прекрасно понимаешь, что это значит.

- Да, но я не отношусь к тем докторам, которые стараются не пускать мулатов в медицину. Ты также нужна людям.

- Я не перестану им помогать, даже если богатые белые издадут закон, запрещающий мулатам заниматься медициной. Всю жизнь я буду делать то, что считаю нужным. Мне двадцать шесть, и у меня еще есть время, чтобы помочь многим.