Надо же ей было влюбиться и испортить все!

Такой поворот событий не входил в их планы, не являлся частью заключенной ими сделки.

— Но что произойдет, если кому-нибудь из нас этого окажется недостаточно? — спросила она, когда Дерек впервые предложил ей заключить брак не по любви, а по расчету и обоюдному чувственному влечению. — Что, если один из нас встретит кого-нибудь еще? Того, кого полюбит?

— Полюбит? — переспросил он, видя, что Эльвира замолчала. — Но ты же говорила, что не веришь в любовь.

— Я говорила лишь, что мне это чувство незнакомо. И говорила правду. Я никогда не испытывала его ни к кому, не чувствовала, что могу умереть без конкретного человека, что без него мое существование не будет стоить и гроша. И мне вряд ли дано пережить это чувство…

Однако все вышло совсем иначе, думала Эльвира, рассеянно наблюдая за скользящим по паркету Дереком, одетым в превосходно сшитый смокинг и ослепительной белизны рубашку.

Теперь это чувство было ей слишком хорошо знакомо, неизвестно только, что с ним делать.

Тогда она решила задать этот вопрос только для того, чтобы исключить всякую возможность возникновения его позднее. Кроме того, если уж кто из них и мог влюбиться, то это Дерек.

Из них двоих опыт в переживании этого чувства, сколь бы недолог и неудачен он ни был, наличествовал лишь у него. Давным-давно, когда ему было всего лишь двадцать с небольшим, женщина, которую он обожал, предпочла ему другого. С тех пор Дерек не повстречал ни одной, к которой испытывал бы нечто большее, чем кратковременное влечение, не имеющее ничего общего с любовью.

Однако предположить, что под воздействием этого деструктивного чувства окажется именно она, было просто невозможно. Не говоря уже о том, что субъектом этого чувства станет ее муж…