С этими словами Эсси толкнула дверь и жестом предложила Лайонелу уйти. Но он не двинулся с места.

Ее жест пробудил в нем воспоминание об их первой встрече. Это произошло летом; насколько он помнил, ему тогда было около тринадцати. Он возвращался от друга. У дома стоял большой грузовик, а рядом на бордюре сидела хрупкая маленькая девочка. Она наблюдала за ним, подперев ладонями щеки, и выглядела грустной и потерянной. Проходя мимо, Лайонел поздоровался; звук его голоса заставил девочку вздрогнуть.

Лайонелу стало так жалко ее, что вечером после ужина он попросил сестру выйти и познакомиться с малышкой. Он хотел чем-то помочь ей, но для этого существовал только один способ – подружиться.

С тех пор при виде Эсси он всегда вспоминал тот день и ту девчушку. Даже тогда, когда она подросла и превратилась в настоящего сорванца, дерзкого и острого на язык.

Но теперь Эсси не была ни беззащитным ребенком, ни подростком-сорванцом. Она стала взрослой женщиной, обладающей не только прекрасным телом, но и, судя по взгляду, нормальными женскими аппетитами.

Однако правила, составленные заботливыми отцами с целью обезопасить своих дочерей, все еще действовали.

Губы Лайонела расплылись сами собой. Глаза Эсси подозрительно сверкнули, и это еще сильнее развеселило его.

– Завтра? – переспросил он. – Вообще-то я собирался остановиться здесь.

– Ты здесь не останешься.

– Это почему?

Лайонел подошел к раковине и начал мыть руки.

– Нина пригласила меня погостить здесь много месяцев назад.

Краешком глаза Эсси заметила, что собака Лайонела неторопливо возвращается на кухню.

Если бы Нина увидела грязные следы, повсюду оставленные Элси, ее бы хватил удар. Появлялся еще один повод выставить Лайонела из дома.

– Может, она и пригласила тебя, – сказала Эсси, продолжая указывать Лайонелу на дверь. – Но сейчас Нина во Франции.

– Раз так, я останусь с тобой. – Уголки губ Лайонела приподнялись.