Мак-Лаганы расхохотались, и Тэвиш легонько дернул Шторм за косу.
— Сиди-ка спокойно, — сказал он. — А почему у тебя такое странное имя — Шторм?
— В ночь моего рождения была штормовая погода. Родители ждали мальчика и для девочки имени не подобрали. Моя мама думала, что раз я родилась в день летнего солнцестояния, когда бушевала гроза, дул ураганный ветер и лил проливной дождь, то мой характер, а может быть, и вся моя жизнь будут такими же бурными. Мама решила, что имя Шторм — самое подходящее. Боюсь, я слишком часто доказываю ее правоту. — Опустив голову, девочка оглядела свое грязное изорванное платье. — Теперь все увидят, что я дралась, — вздохнула она. — Папа рассердится.
— Думаю, твой папа увидит только то, что его дети целы и невредимы, а на остальное просто не обратит внимания, — сказал Тэвиш.
Глава 2
Весь Хагалео бурлил. В большом зале собрались самые видные члены семей Элдона и Фостера, как здоровые, так и раненые. Усталые воины скинули тяжелые доспехи, оставшись в рубашках и штанах. Говорили о недавнем сражении, обсуждали промахи и ошибки.
Молоденькая горничная принялась осматривать легкие ранения лорда Элдона.
— Оставь! — рявкнул тот. — Пришли сюда мою дочь, пусть она этим займется. У Шторм легкая рука. И где, черт возьми, моя жена? Найди ее. — Девушка пошла выполнять приказание хозяина, а лорд Элдон обратил свои карие глаза на лорда Фостера: — Много наших попало в плен? Нам сейчас очень нежелательно платить большой выкуп.
— Да нет, не много. — Лорд Фостер провел смуглой рукой по своим светло-русым волосам. — Мы проиграли этот бой, Элдон, но людские потери, к счастью, не так велики, как я ожидал, — проговорил он нерешительно, и мужчины начали вспоминать, кто именно погиб в этот день.
Горничная вернулась в гостиную одна и сообщила, что ее светлость прийти не может.
— Что это значит?! — взревел лорд Элдон. — А где моя дочь? Где Робин? Он тоже всегда бросается встречать отца, когда мужчины возвращаются из боя.