До этого мама обладала силой и могуществом, и моя воспитательница леди Брайан, которая доводилась ей родственницей, всячески старалась услужить ей, так же как и мистер Шелтон — тоже состоявший в отдаленном родстве с семьей матери.

Личность отца занимала в моей жизни огромное место. Я верила, что он — самый могущественный человек в мире, и уж, конечно, в Англии. Мне было четырнадцать лет, когда он умер, поэтому я могу с уверенностью сказать, что довольно хорошо знала его. Король внушал окружающим страх и одновременно восхищение. Но несмотря на всю его жестокость и беспощадность, отец всегда пользовался любовью народа. И вот именно в этом я намерена подражать ему. Из уроков истории я узнала, что глуп тот монарх, который не сумел завоевать уважение простых людей.

Леди Брайан рассказывала, что отец гордился мной и любил гулять в садах Хэмптон-корта или Виндзора, держа меня на руках. В воображении я с удовольствием рисовала себе эту картину: в нарядном платьице я сижу на руках у моего великолепного отца, а придворные вокруг в один голос уверяют его в моих совершенствах.

Все оборвалось в то мгновение, когда голова моей матери легла на плаху.

Я очень хорошо помню, как поймала леди Брайан за юбку и требовательно спросила:

— Где моя мама? Почему больше не приходит?

Леди Брайан молча отвернулась и заплакала, но я не отставала и настаивала, чтобы мне ответили. Тогда она посадила меня к себе на колени и сказала:

— Миледи принцесса, у вас больше нет мамы.

— У всех есть мама, — возразила я, ибо была уже достаточно большая, чтобы разуметь очевидные вещи.

— Ваша мама теперь на небесах, — ответила моя воспитательница.

— А когда она вернется?