– Венчик, ну посоветуй, какие серьги лучше надеть. Эти с рубинами или вот эти с бриллиантами?..

Сидящий в кресле закинув ногу на ногу Вениамин окинул жену придирчивым взглядом и изрек:

– Ты стильная деловая женщина и должна выглядеть стильно и по-деловому, чтобы выделяться из толпы богатых дамочек, которых на этом мероприятии будет не счесть.

– Но мне же хочется покрасоваться, как и любой другой женщине, – возразила Александра, разглядывая себя в большом, от пола до потолка, зеркале.

Она очень себе нравилась в этом цвета спелой брусники платье, ниспадающем складками на манер греческого хитона и стянутом на тонкой талии поясом из узких золотистых пластин. Платье изумительно подходило к ее темным, собранным на затылке в элегантный строгий пучок волосам.

– Однако, Венчик, ты, как всегда, прав, когда дело касается внешнего облика женщины, – со вздохом признала она и достала из футляра «простые» золотые серьги, по стилю подходящие к поясу.

– Обижаешь… – протянул он. – Если бы меня интересовал только внешний облик, я бы мог жениться и не на тебе. Красоток вокруг всегда столько, что голова идет кругом и глаза разбегаются.

«Это уж точно», – подумала Александра, ничуть, впрочем, не рассердившись на мужа. Уже давно у них сложились довольно странные, но устраивающие их, супругов Александру и Николая Бенедиктовых, отношения. Именно Николая – ибо, родившись, глава семьи был зарегистрирован в районном отделе ЗАГСа как Николай Николаевич Венедиктов. И только позднее, уже в школе, он получил прозвище Веня Диктов. Ему настолько нравилось, как это звучит, что, став успешным продюсером, он взял себе псевдоним и отныне именовался Вениамином Диктовым.

Еще Венчик, как звала его только жена, был прирожденный бабник. Галантный, обворожительный бабник. Ни одна представительница прекрасного пола не могла устоять, когда его глаза загорались притягательным светом любовного влечения и чисто мужского интереса. И Александра понимала это, как никто другой. Она и сама некогда потянулась на этот свет, как мотылек на горящую в ночи свечу.