– Дорогая моя, – решительно перебила она девушку и постаралась уложиться в несколько фраз, предельно проясняющих ситуацию, – не в моих правилах брать на работу родственников только потому, что они родственники. Числиться на должности и соответствовать этой должности – не одно и то же. А я подозреваю, что с твоими университетами в нашей фирме только полы мыть…

Произнесено это было жестко и не без столичного высокомерия, но для блага, по мнению Александры, амбициозной девицы, возомнившей себя покорительницей Первопрестольной.

– Попытай счастья где-нибудь в другом месте. Вполне возможно, там тебе повезет больше, – под конец посоветовала она.

Взгляд Тины из наивного и ясного вдруг превратился в холодный и трезво оценивающий. И, глядя в глаза своей собеседнице, она произнесла, чеканя каждый слог:

– Я согласна.

– Ну вот и чудесно, – обрадовалась Александра, не рассчитывавшая на столь быстрое и мирное окончание разговора. – Всего тебе самого…

Но Тина, не дав ей договорить, повторила свой ответ в более развернутой форме:

– Я согласна у вас мыть полы.

«Но я же совсем не на это рассчитывала, когда упоминала про полы!» – чуть было не воскликнула Александра. Она откровенно растерялась, что с ней редко случалось, и не нашла ничего лучшего, как неуверенно произнести:

– Н-ну ладно. Я поговорю с менеджером по кадрам… Подожди пока в приемной.

Когда Тина вышла, Александра задумалась. Договориться о том, чтобы ее родственницу взяли на какую-нибудь трудоемкую и низкооплачиваемую работу, было легко. Глядишь, сама не выдержит и уволится. А чтобы Тина стала выглядеть приемлемо, следовало прибегнуть к помощи личной секретарши Альбины.

Александра не любила всякие уменьшительно-ласкательные имена и прозвища. Исключение делала лишь для мужа – возможно, в память об их окрашенной романтическим флером юности. Поэтому даже не подозревала, что все, кроме нее, обращаются к ее секретарше не иначе как Бина или Биночка.