Без сомнения, этим вечером воздух был просто напоен любовью.

На деревьях висели китайские фонарики, они освещали дорожки, словно маленькие порхающие мотыльки.

Только там, где парк спускался к площади Беркли, темень прорезывалась лунным светом.

Марсия шла по мягкой зеленой траве к фонтану.

О, фонтаны всегда приводили ее в восхищение!

Ей казалось, что водяные струи, устремленные вверх, подобны молитвам, возносящимся к небесам.

Она убедила отца построить фонтаны в их поместье.

Они будут прекрасно смотреться в окружении изящно подстриженной живой изгороди.

Эта изгородь была достопримечательностью сада, основанного еще первым графом Грейтсвудским во времена правления Карла II.

— Вы так и не ответили мне, Марсия, — с досадой промолвил герцог.

Она совершенно забыла о нем, и его голос ошеломил ее.

— Извините, Джордж, я не расслышала. О чем вы меня спрашивали?

— Я задавал вам этот вопрос много раз, но вы никогда не давали на него прямой ответ. Я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж. Я знаю, что смогу сделать вас счастливой.

Марсия отвернулась к фонтану.

Купидон держал в руках curnicopia , из которого текла вода.

Из бального зала доносились звуки вальса.

Она подумала, до чего подходящее место выбрал герцог для своего предложения, но вслух сказала:

— Это бесполезно, Джордж. Вам хорошо известно, что я никогда не выйду замуж без любви, а я не люблю вас.

— Почему вы меня не любите? — Он не скрывал раздражения.

Ему было двадцать восемь лет, и он всегда находился под прицелом амбициозных матерей светских красавиц.

Ему казался совершенно нереальным тот факт, что, наконец решив жениться, он получил отказ.

Почему именно его избранница оказалась единственной в Лондоне девушкой, не любящей его?