Тем страшнее и непонятнее было ему его теперешнее состояние. Черные глаза Сильвии Уэнрайт, казалось, насквозь прожигали его сердце. Он повсюду слышал ее звонкий голосок, видел везде ее тень, не мог спать по ночам и заикался в ее присутствии.

Познакомились они на одном из праздников в американском посольстве, где Сильвия блистала с завидной регулярностью. Джек по-прежнему не был любителем шумных сборищ, но даже он немного скучал в тихом Веллингтоне. Предложение Билла Кроули провести весело время нашло в его сердце отклик. Можно было сказать, что Джека вела сама Судьба, которая, как это часто бывает, приняла вид незаметного человечка — на этот раз рыжеволосого балагура Билла, который работал в посольстве секретарем.

Билли был поклонником Сильвии Уэнрайт. Он был так давно и безнадежно влюблен в нее (что, впрочем, не мешало ему бойко ухлестывать за другими девушками), что считался почти что другом семьи.

— Дорогая Сильвия, позволь представить тебе самого большого затворника из всех американцев в городе! — торжественно объявил Билли, подводя Джека к красавице. — Если бы ты только знала, каких усилий мне стоило вытащить его на этот праздник...

Билли трещал без умолку, не замечая, что Джек стоит как громом пораженный, а Сильвия смущенно разглядывает кончики своих парадных туфелек. Однако благодаря болтливости Билла церемония знакомства прошла без сучка без задоринки. Сильвия даже протянула Джеку руку, и он с благоговением пожал ее холодные пальчики. Этим их общение на вечеринке и ограничилось. Сильвия была как всегда в центре внимания и лихо отплясывала то с одним, то с другим обожателем, а Джек следил за ней распахнутыми от восторга глазами, словно никак не мог поверить в то, что подобная красота существует на самом деле.