– Приятный денек, – заметил он – Правда, слишком теплый для мая, но я не жалуюсь.

Она резанула его взглядом леденцово-зеленых глаз, почти единственных частей тела, имевших изгибы. Все остальное состояло из углов и прямых линий: от хрупких скул до крошечного, напоминавшего наконечник стрелы носика и подбородка, достаточно острого, чтобы разрезать стекло. Но дальше шли уж совершенно неожиданные детали: как, например, широкая и поразительно пухлая верхняя губка. Нижняя была еще полнее, приводя на память детские непристойные стишки, отчего Дину вдруг стало неловко.

– Актер, – брезгливо протянула она. – Мне, как всегда, везет.

– Почему вы вдруг вообразили, что я актер?

– Вы смазливее многих моих подруг.

– Это мое проклятие.

– Да вы даже не делаете вид, что смущены!

– С некоторыми вещами приходится мириться.

– Братишка...

Презрительно фыркнув, она продолжала путь.

– Хит, – представился он. – Хит Чампион.

– Это вы только сейчас придумали? Наглое вранье.

Так оно и было, но не в том смысле, какой подразумевала она.

– Для чего вам пистолет? – полюбопытствовал Дин.

– Убить бывшего любовника.

– Того самого, что выбирал вам гардероб?

Она развернулась с такой скоростью, что большой хвост в форме весла ударил его по ноге.

– Оставьте меня в покое, договорились?

– И пропустить самое интересное?

Она оглянулась на его спортивную машину: сногсшибательный черный, как ночь, «астон-мартен-вэнкуиш-С» с мощным двигателем. Машина обошлась ему в пару сот тысчонок, что, впрочем, не проделало особо большой прорехи в его состоянии. Быть куотербекомосновного состава футбольной команды «Чикаго старз» – почти все равно, что владеть банком.

Она едва не выколола себе глаз, откидывая пропотевшую прядь волос со щеки лапой, которая, похоже, была намертво пришпандорена к костюму.