Нагнув голову, чтобы защитить лицо от ветра, и поминутно поскальзываясь на обледенелой дороге, он заспешил вперед.

— Вам помочь?

Какие прекрасные слова! Но она, верно, еще не пришла в себя после шока, и этот вопрос запросто мог ей пригрезиться. Может быть, звучный мужской голос, предлагающий помощь, звучит лишь в ее воображении?

— П-помочь? — повторила она, словно эхо, не решаясь открыть плотно зажмуренные глаза из опасения, что ее неведомый спаситель растает, словно дым.

— Вам помощь нужна? Вы не пострадали? Да, это мужчина. Мужчина с прекрасным голосом — глубоким, выразительным, с чувственными хрипловатыми нотками. И, судя по тону, он чем-то рассержен.

— Вы ранены?

— А… нет… кажется…

Сосредоточившись, Лия провела мысленную инвентаризацию своего тела. Ноги, две — целы. Руки, тоже пара — в порядке, хотя левая, похоже, сильно ушиблена. Очень болят плечи, и все тело ноет от напряжения, однако все на месте.

Если не считать…

Лия распахнула фиалковые глаза, глядя на свое отражение в зеркале заднего обзора.

Слава Богу, нет! Влага на левой щеке — не кровь, как ей показалось, а всего лишь одинокая слеза, слабый след пережитого ужаса и растерянности.

Только сейчас Лия ощутила холод. Ее затрясло: то ли это была запоздалая реакция на опасность, то ли ледяной ветер ворвался в машину через дверцу, распахнутую широкоплечим незнакомцем.

— Так вы можете ответить: да или нет? Резкий голос вырвал ее из полузабытья и вернул к реальности. Должно быть, мужчина ехал позади и стал свидетелем аварии — видел, как ее «рено» внезапно закрутился на дороге, как волчок, съехал на обочину и очутился в канаве. Неудивительно, что незнакомец всерьез испугался за нее!

Лия заерзала на сиденье, стремясь разглядеть своего спасителя.