— Не хотите повторить на бис? — лениво поинтересовался он.

— Еще чего! — фыркнула Лия.

И тут же ахнула. Только сейчас она поняла, насколько обледенела дорога. Ноги ее в потертых кожаных туфлях (их Лия надевала, когда вела машину) немедленно разъехались в стороны. Издав вопль ужаса, она уцепилась за первое, что подвернулось под руку.

Этим «первым» оказалась рука Шона Галлахера.

В тот же миг Шон протянул другую руку и обхватил Лию за талию, приняв на себя ее вес с такой легкостью, словно держал в руках перышко, а не женщину отнюдь не хрупкого сложения, от природы одаренную полными бедрами и пышной грудью, с соблазнительными изгибами.

— «На бис» я не повторю, мистер Галлахер! — задыхаясь, выкрикнула Лия.

— Жаль, — заметил он. — Мне так понравилось представление!

Если он и заметил, что она назвала его по имени, то виду не подал. Должно быть, привык, что его узнают на улице. Такова оборотная сторона славы.

Впрочем, известность для Шона Галлахера — не слишком тяжкое бремя. Этот человек появляется в репортажах светской хроники не реже, чем на экране, и всякий раз под руку с новой красоткой!

Впрочем, в последнее время имя его исчезло из газет. Должно быть, шли съемки очередных серий «Инспектора Каллендера», и на светскую жизнь у актера, исполняющего главную роль, просто не оставалось времени.

— Это было потрясающее зрелище! Лия не видела его лица: она стояла, уткнувшись лицом ему в грудь, но по голосу чувствовала, что Галлахер улыбается.

— Представление?! — завопила она, извиваясь в тщетной попытке высвободиться из его объятий. — Да что вы себе позволяете? Думаете, если вы…

А вот шевелиться не стоило! Вместо того чтобы ослабить хватку, Шон крепко, до боли, прижал ее к себе. Лия ощутила тепло сильного мужского тела, в ушах громом отдалось ровное биение его сердца.