Эдгар тщательно оделся, собираясь на суаре. Он надел простой синий вечерний сюртук, серые бриджи и белую сорочку. И попросил своего камердинера завязать его шейный платок простым узлом, а не делать одно из этих сложных сооружений, модных сейчас в Высшем свете. Единственной драгоценностью, украшающей его костюм, была алмазная булавка, сверкающая в складках шейного платка. Его одежда была из дорогого сукна и сшита на заказ. Эдгар предпочёл качество вычурности. Он не пытался выставить на показ своё богатство. И уж конечно он не надел бы ничего, что можно было бы назвать щегольским - от одной только мысли об этом его бросало в дрожь.

Кора и её друзья собирались представить его этим вечером нескольким молодым особам. Он был прекрасно осведомлён, что вчера после обеда у Кэрью, они обсуждали его.

Он понимал, что скрывается за восторженным перешёптыванием и украдкой брошенными заинтересованными взглядами в его сторону, - он был предметом их беседы.

Эдгару только хотелось надеяться, что они не будут представлять его очень молодым девушкам. Ему всё-таки уже тридцать шесть лет и было бы несправедливым ожидать, что молоденькая девушка, только что вышедшая из классной комнаты, полюбит его. Да он и сам не хотел жениться на девушке, которая по возрасту годилась бы ему в дочери. Эдгар решил сказать Коре, что хотел бы найти девушку не моложе двадцати одного года. Хотя такие леди считались уже засидевшимися. И с ними могло быть что-то не так, раз им не удалось никого заманить в брачную ловушку, не достигнув двадцати лет. Может в этом что-то есть? Как же он сможет узнать?

- С удовольствием пригласил бы тебя сыграть партию в карты, старина, - сказал лорд Фрэнсис Эдгару, когда они вошли в фойе городского дома Гринвалдов. Он похлопал шурина по плечу и усмехнулся. - Но Кора оторвёт мне голову, если я вмешаюсь в её планы относительно тебя. Она с рвением возьмётся за возложенные на себя обязанности, как только выйдет из дамской комнаты. Но нет, даже так долго тебе ждать не придётся. Вон идёт наша хозяйка и, судя по блеску в её глазах, Эдгар, смею предположить, что за тебя возьмутся серьёзно.