Марк, как всегда, был пунктуален и пришел точно в оговоренное время.

— Привет, Марк. Давно тебя не видела. — Дайана позволила ему коснуться поцелуем своей щеки. — Проходи. Выпьешь что-нибудь?

— Нет, спасибо, мне сегодня на дежурство.

Марк разглядывал Дайану так, словно впервые увидел.

— Как прошли твоя командировка и отпуск?

— Все хорошо… Ты изменилась, Дайана… Я сказал что-то смешное?

— О, прости, конечно нет. Просто мне все сейчас это говорят. У меня столько всего случилось.

— Расскажи мне. Все эти телефонные звонки не в счет, мы говорили как-то впопыхах. Ты выглядишь почти счастливой и какой-то умиротворенной.

— Да, наверное, ты прав. Просто в моей жизни появился человек, ради которого стоит жить.

— Что? — Лицо Марка как-то странно напряглось, и улыбка Дайаны немного подувяла.

Она вдруг вспомнила категорическое неприятие Марком ее идеи об усыновлении ребенка. Какого дьявола, она не должна ни перед кем отчитываться за свою жизнь!

— Мы с тобой уже разговаривали об этом, Марк. Я усыновила Райана.

— Но почему ты мне ничего не сказала?

В его голосе Дайана вдруг совершенно четко распознала напряжение, и ее улыбка окончательно погасла.

— Я говорила еще тогда, как и о том, что не намерена менять свое решение. А потом… Просто об этом не заходил разговор.

Она попыталась стряхнуть напряжение — и не смогла. Ей совсем не понравилось выражение лица Марка. Весьма кстати в комнату вбежал Райан.

— Привет, Райан! Как погулял? — спросила Дайана.

Мальчик замер посреди комнаты, глядя на Марка. Его брови сошлись на переносице, образовав темную прямую линию. Дайана удивилась такому странному поведению сына. Мальчик и Марк в упор разглядывали друг друга, и, судя по выражению их лиц, это встреча взаимно не обрадовала обоих. Дайана растерялась. Этого она никак не ожидала. Ревность? Какая глупость. Ну Райан — это еще понятно, а вот Марк… Он был ее другом, человеком, который почти наравне с Нэнси помогал ей выбраться из пропасти депрессии. Но, несмотря на это, Дайана вовсе не желала, чтобы Марк управлял ее жизнью.