Тем не менее, Айан боялся, что, несмотря на все страдания, причиненные ей полковником Арчером, она по-прежнему была не готова принять его предложение.

Он взял себя в руки.

– В мои намерения не входит заставлять тебя вернуться в Англию. Как я уже сказал, тебе решать. Признаться, мне не понять, что может тебя здесь удерживать. Ты вдова, живешь на мизерную пенсию в чужой стране, окруженная алчными солдатами, для которых нет ничего святого. Но если ты хочешь остаться, то я так и передам твоему отцу.

То, что он так быстро сдался, казалось, остудило ее пыл. Джулиана вздохнула.

– Ты проехал полмира по просьбе моих родных, а я была столь нелюбезна. Извини.

– Я знаю, в прошлом у тебя не было причин мне доверять, и я сам в этом виноват.

В глазах Джулианы мелькнуло удивление, но она ничего не сказала в ответ на это признание.

– Что ж, если выбор за мной, я должна его сделать.

– Да. – Он взволнованно вздохнул.

Она отвела взгляд, беспокойно перебирая пальцами складки платья.

– Я больше не могу вести себя как своенравная девчонка. Я все понимаю. И если мой отец действительно болен…

– Так оно и есть, Джулиана, – перебил Айан. – Я бы не стал лгать.

– Я могла бы провести Рождество со своей семьей. – Заколебавшись на секунду, она призналась: – Мне невыносимо думать, что я больше никогда его не увижу. Я должна сказать папе, как сильно я его люблю.

– Он очень обрадуется, услышав это, – заверил ее Айан, окрыленный надеждой.

– Полагаю… – замялась, – должна поехать домой.

Слава Богу! Айан с облегчением выдохнул, подавив улыбку. Он с трудом сдерживал бурную радость.

– Но позволь мне кое-что прояснить. – Ее слова вернули его к действительности. – Если по возвращении домой я обнаружу, что болезнь отца всего лишь выдумка, то, клянусь, ты даже не представляешь, как ты пожалеешь об этом!