– Да, она не меняет своих решений, – согласился молодой человек. – Но она не может там оставаться. Насколько я понял, у нее мало денег и пенсии Арчера ей едва хватит на пропитание.

– Полагаю, глупая девчонка не понимает, какой опасности она себя подвергает. Вот почему ей необходима твердая рука отца… и не менее твердая рука мужа. Верно?

– Я буду хорошим мужем для Джулианы, – пообещал Айан.

– Конечно, будешь, – бушевал Браунли. – Конечно. Но сначала мы должны найти способ привезти ее сюда. Пожалуй, я могу поехать в Индию, – вздохнул он. – Но Бог мой, как я устал!

– Вам снова нездоровится, милорд? Лорд Браунли раздраженно отмахнулся:

– Этот болван, доктор Хэни, которого леди Браунли попросила меня осмотреть, говорил что-то насчет сердца. Но я думаю, он ни черта в этом не смыслит. Он младше тебя, и его саквояж набит новомодными инструментами. – Граф закатил глаза. – Большую часть времени я чувствую себя прекрасно. Даже когда мне становится хуже, я уверен, что причина этому всего лишь надвигающаяся старость.

Айан был не согласен с ним. Это «всего лишь» беспокоило Браунли уже несколько месяцев. Так или иначе, лицо старика с каждым днем становилось все краснее. И он жаловался на здоровье чаще, чем когда бы то ни было.

– У вас недавно снова был приступ? – спросил Акстон. Граф слегка нахмурился, но ответил на его вопрос:

– Скажу тебе, он был намного сильнее, чем в прошлый раз, но это еще ничего не значит. Я в этом уверен.

Значит, у Браунли снова был приступ, и он опять отказывается это признать. Айан нахмурился.

– Возможно, доктор Хэни не так уж заблуждается? – осторожно произнес он. – Что он вам посоветовал?

– Он говорит, чтобы я больше не притрагивался к бренди. И гулял по саду не меньше пятнадцати минут в день.

Старик выглядел оскорбленным. Айан не мог сказать, уместен ли совет доктора, но отдавал себе отчет, что Браунли волен жить, как ему вздумается.