– Ваша точка зрения весьма интересна, – заметил граф. – Следовательно, отныне вы будете тянуть соки только из меня одного, Трэнсом? Что ж, запаситесь терпением. В конце концов я выплачу вам свой долг до последнего пенни. Однако на это потребуется время.

Мистер Трэнсом снова рассмеялся:

– Всю свою жизнь, милорд, я много и тяжело трудился. Усердие и чуть-чуть везения сделали свое дело. Я скопил столько, сколько мог пожелать человек для обеспечения своей жизни. Единственно, чего у меня нет, это именно того, о чем вы просите, – времени. Его у меня осталось очень мало.

– В таком случае, – промолвил граф, – я должен примириться с мыслью, что меня ждет долговая яма. Извините, сэр, я сейчас не могу, сунув руку в карман, извлечь из него сумму своего долга. Я бы очень хотел это сделать, но не могу. Поверьте мне.

– Я вам верю, милорд, – ответил торговец углем, снова вспомнив о своей дурной привычке потирать руки. – Но вы можете аннулировать свои долги уже сейчас, в эту самую минуту, милорд.

Граф смотрел на него с ледяной улыбкой.

– Услуга за услугу, как говорят, – продолжал Трэнсом. – Вы окажете мне услугу, милорд, а я спишу ваши долги, все до единого пенни. И тогда постарайтесь найти средства для того, чтобы сделать Гресвелл-Парк образцовым поместьем Англии, а его хозяйство процветающим. У вас также будут деньги, чтобы снова наведываться к своему портному.

Граф вопросительно поднял брови.

– Вы ждете, когда я скажу, какую услугу вы можете оказать мне? – спросил мистер Трэнсом. – Это совсем небольшая услуга, милорд, взамен того, что получите вы. Но она для меня очень много значит.

Выражение лица графа не изменилось. Он внимательно слушал.

– Я сниму с вас долги ив придачу передам вам половину всего, чем владею, милорд, а это, поверьте, немало, – продолжал торговец углем, – при одном условии: вы женитесь на моей дочери. Вторую половину моего богатства она получит после моей смерти, и, таким образом, это тоже станет вашим.