Дерзкий взгляд мужчины бесстыдно скользил по ее фигуре, словно она уже была его собственностью.

– А что, если это не так? Что, если вы сами не знаете, кто вы?

– Я не она! Я знаю!

Одна ее часть сожалела о том, что она так опрометчиво выдала себя, другая наслаждалась опасной игрой.

– Что ж, будь по-вашему. Последнее, чего я хочу, это спорить с вами, – протянул он насмешливым тоном.

При мысли о том, что могло от нее понадобиться такому мужчине, ее дрожь только усилилась.

– Значит, вы американец, – сказала она.

Он ни подтвердил, ни опроверг ее догадку.

– А я из Луизианы. Из Нового Орлеана. Ураган «Катрина», и все такое… – Она резко замолчала, боясь сказать слишком много.

Мужчина по-прежнему с интересом разглядывал ее, и это придало ей смелости.

– Я художница, – добавила она.

– Да, я знаю. Я видел одну из ваших последних картин в красно-фиолетовых тонах. Что вы рисуете?

– Горгулий.

– Страшные существа, – произнес он.

– Они пользуются большой популярностью здесь, в Париже, – ответила Джози в свою защиту. – Туристические бюро предлагают целые экскурсии, посвященные им. А мне нравится все загадочное.

– Правда? – Казалось, горгульи совсем его не интересовали.

– Мне не следовало приходить сюда.

– «Смотри на меня». Кажется, вы так сказали, – мягко поддразнил он. – Мне очень понравилось ваше маленькое шоу.

Ее щеки залила краска. Она не знала, что сказать в свое оправдание.

– Я жалею о том, что спустилась сюда.

– В самом деле? – Он поднял черные брови, словно не веря ей.

– Клянусь.

– Потому что я могу оказаться серийным убийцей?

– Или кем-нибудь похуже.

– Разве не в этом вся прелесть? Не в неизвестности? Мы все притворяемся в нашей повседневной жизни, и постепенно она становится скучной и однообразной.

– Вы хотите сказать, что у всех нас есть тайны?