— У тебя нет рождественского полена!

— Я могу достать.

— Только посмотрите на это, — проводя рукой по волосам Сета, пробормотал Этан, и мальчишка ощетинился. — Это рисунок дома.

— Выглядит хорошо, — Филип наклонился, чтобы лучше рассмотреть карандашный набросок двухэтажного дома на берегу моря. — Действительно хорошо.

— Это неважно.

— Что важно здесь решаю я. — Кэм продолжал держать руку на плече Сета, пока разглядывал рисунок. Это было неплохо придумано. У мальчишки был талант. Но что важнее, это был дом. Дом для всех них.

— И это важно. Очень важно. Для кого он?

Сет пожал плечами. Он чувствовал какое-то тепло в животе. Не неприятное, понял он, а хорошее. Было хорошо и тепло. Трое мужчин не окружали его. Они стояли рядом с ним. И они стояли с ним и раньше.

— Просто для нас. Я собирался, вроде как, оставить его под деревом или что-то в этом роде. Его можно куда-нибудь повесить, если он понравится.

— Анна расплачется, когда увидит его.

Сет посмотрел вверх. Кэм не мог сказать ничего, что доставило бы ему большее удовольствие.

— Да?

— О, да. Потом она обслюнявит тебя всего поцелуями и, если ты разыграешь свои карты верно, ты получишь столько печенья, что проваляешься в сладкой коме до нового года.

— Очень неплохая сделка.

— Ага. — Кэм похлопал Сета по плечу и поставил рисунок на стол. — Все это вместе очень неплохая сделка.

— Снег пошел, — тихо сказал Этан.

Сет рванулся к двери. Филип умудрился ухватить его за воротник прежде, чем парень открыл дверь, выскочил наружу и споткнулся о свой собственный рождественский подарок.

— Никаких игр на улице после… — он посмотрел на свои часы и простонал. — Господи, уже три часа ночи!