Оставив вопрос Альдо без ответа, Адальбер улыбнулся еще шире и спросил:

— Ну как похороны? В высшей степени благопристойно? — И привычным движением руки откинул прядь волос, которая вечно падала ему на глаза.

— Мог бы поехать со мной и сам бы все увидел, — ответил Альдо.

— Не требуй от меня слишком многого, голубчик! Я приехал в эту варварскую страну только для того, чтобы составить тебе компанию. А к похоронам у меня врожденное отвращение.

— Но на этих стоило побывать: простота сродни величию, местный колорит и вдобавок неожиданный сюрприз.

— Хороший или плохой?

— Ничего страшного. Я знал, что Сент-Элбенсы принадлежат к семье сэра Эндрю, но не подозревал, что они — его прямые наследники. Теперь он и она — граф и графиня Килренен. Преемственность, которая вряд ли доставляла при жизни радость моему старинному другу. Мне они оба кажутся крайне неприятными, хотя не могу отрицать, что она весьма красива.

— Твоему другу следовало подумать в свое время о потомстве и позаботиться о достойном наследнике для своего знатного рода, — заметил Адальбер, разделяя, сам того не подозревая, мнение гнома вересковых пустошей.

— Это же самое я слышал уже сегодня утром. Ты увидишь их на торгах у Сотби. А может, и еще раньше, потому что леди Мэри до сих пор не смирилась с потерей браслета.

— Ты думаешь, они будут стремиться заполучить «Розу»?

— Она — вне всякого сомнения. Леди впадает в транс, как только видит какую-нибудь драгоценность. Про него ничего сказать не могу. Вообще-то он коллекционирует редкий нефрит, но, вполне возможно, сильно влюблен в свою жену.

И поскольку этот адвокат производит впечатление весьма богатого человека, кто знает…

— Он что, входит в коллегию?

— Похоже на то.

Морозини поднес к губам стакан, который ему только что подал бармен, а Адальбер допил свой до конца и вновь впал в задумчивость. Альдо не успел поинтересоваться ее причиной — Адальбер, почесав нос, со вздохом произнес сам: