– Ого! – уважительно пробормотал Кирилл. – Молодец. Что ж, передавайте ему привет!

– Обязательно! – горячо обещала Роза, хотя прекрасно знала, что ее муж ни в каких приветах не нуждается. Он, московский бизнесмен (далеко не миллионер – продажа обуви особой сверхприбыли не приносила, но тем не менее...), относился к приезжим Ахрамковым свысока. Кто они такие, чтобы он, Николай, нуждался в их приветах, в их одобрении, их оценках...

«Зачем тебе нужна эта халупа в Камышах? – не раз с раздражением говорил он жене. – Чего ты за нее цепляешься?.. Продала бы давным-давно!» – «Коля, я не могу, это ведь, можно сказать, родовое гнездо... Я там все детство провела, там папа-мама жили!» – «Вот именно – гнездо! – хохотал Николай. – Настоящий курятник!»

Роза знала, что Николай немного кривит душой – те деньги, которые платили жильцы, шли Розе, что называется, «на булавки». Деньги небольшие, но на Николая время от времени нападали приступы скупости – жизнь вынуждала. Все его капиталы были пущены в оборот, на расширение дела, и свободных средств вечно не хватало. Если бы квартира в Камышах действительно раздражала Николая, то он давным-давно заставил бы жену от нее избавиться.

Роза никогда на него не обижалась – такой уж он был, таким сделала его жизнь. Он мог подарить ей массивный золотой браслет и в то же время пожаловаться на санэпидемстанцию, которая нагрянула к нему с очередным визитом в один из филиалов и потребовала очередной взятки... «Эти СЭСы и пожарные меня разорят! Нет, ты не представляешь, какой бардак творится в нашей стране... – жаловался он Розе. – Если так все будет и дальше, то мы действительно скоро по миру пойдем!..» А когда слышал, как живут настоящие «богатые» – те, у которых были дома в Жуковке и у которых даже домработницы ходили в униформе от Армани, то настроение у него портилось на целую неделю.

Наверное, именно поэтому он столь пренебрежительно относился к Ахрамковым – ведь они стояли еще ниже его по социальной лестнице.