Но телефонный звонок раздается не среди ночи, а в среду утром, если точнее, то ровно в десять тридцать утра. Ты выбегаешь из дома, спеша на прием к дерматологу. Ничего особенного, профилактический осмотр. Ты отпросилась с работы, чтобы за один день обойти всех врачей. У зубного врача ты уже побывала, а после дерматолога помчишься к гинекологу. До дерматологического кабинета тридцать пять минут езды, тебе назначено на одиннадцать, к тому же доктор Кармайкл ужасно пунктуальна. О ком ты сейчас точно не думаешь, так это о своем сыне. Ты уверена, что он находится в полной безопасности в частной школе в Вермонте и что о нем сумеют позаботиться люди, которым ты его с готовностью доверила и которые успели внушить тебе глубокое уважение к себе и к представляемому ими учебному заведению. В руке ты держишь ключи, пальто расстегнуто; на улице подмораживает, как и на протяжении всех последних недель. На кухонном столе беспорядок, но это не страшно, потому что, когда ты вернешься домой, у тебя будет время убрать всю присланную по почте макулатуру, вымыть миску из-под хлопьев и спрятать в холодильник коробку апельсинового сока. У тебя мелькает мысль: «Пусть себе звонит, тем более что включен автоответчик». Но затем ты думаешь: «Что, если это секретарь доктора Кармайкл? Вдруг она хочет отменить мой визит, и я только впустую потрачу время?» Это заставляет тебя снять трубку.

Вначале, когда ты слышишь голос в трубке (да, мужской, и да, любезный), тебе кажется, что ты легко отделалась, ведь никто не пытается сообщить тебе, что твой ребенок погиб под колесами автомобиля на каком-то вермонтском шоссе; возможно, в твоем голосе звучит… облегчение. Но затем в трубке повисает неловкое молчание, и вдруг до тебя доходит смысл сказанных слов, и эти слова не имеют никакого значения в твоей вселенной. Именно поэтому ты и приложила невероятные усилия, пытаясь отстраниться от этой информации: «Ваш сын грубо нарушил правила школы. Он уличен в недопустимых действиях сексуального характера». Ты говоришь: «Я не…», и «Этого не может быть…», и «Я не понимаю…»