– Я вам искренне сочувствую.

– Спасибо, мадемуазель, – он снова засопел.

– Ну вот, все и прояснилось, – Элизер удовлетворенно потирал руки. – Мы не можем допустить, чтобы с Адорной занимался убийца. Можно сказать, теперь мы спасены.

«Это еще неизвестно», – подумала Джейн. В отличие от Элизера, она была убеждена, что мсье Шассера признают виновным. Она провела его до двери и тихо сказала:

– Если вы все-таки вернетесь в Лондон, дайте о себе знать. Мы остановимся у леди Тарлин на площади Кавендиш. И сможем договориться насчет уроков.

Мсье Шассер кивнул.

– Храни вас Господь. Я бы так хотел снова учить мадемуазель Морант.

– Я это знаю. – Адорна как-то довела мсье Шассера до слез своей неспособностью проспрягать простой глагол. Однако, несмотря на это, он приходил снова и снова. Как и все мужчины, Шассер был влюблен в Адорну и теперь очень не хотел с ней расставаться.

– Убийство, кто бы мог подумать? Я всегда считал его не более чем наглой лягушкой. – Элизер ухмыльнулся, потом нахмурился. – Но за что я ему платил? Адорна с таким же успехом может изучать китайский. Она и впрямь не особо блещет знаниями.

Джейн не могла не согласиться с тем, что умственные способности племянницы довольно посредственны.

– Адорна унаследовала привлекательную внешность от матери и, получив необходимое образование, сможет сделать блестящую партию. Это ведь то, чего вы хотите, не так ли?

– Разумеется, – раздраженно ответил Морант, – уж я сумею извлечь из ее брака выгоду.

Если бы Элизер хоть иногда проявлял любовь к своему единственному ребенку, Джейн простила бы ему эти слова. Но с момента рождения Адорны отец занес ее в графу «дебет». Теперь он надеялся перенести ее в «кредит». Его скаредность сделала голос Джейн жестким:

– В таком случае смотрите на расходуемые вами деньги как на инвестицию. Через Адорну вы сможете приобрести необходимые вам связи. Она сделает для вас то, чего не сумела я.