
Кевин самодовольно улыбнулся.
— Теперь скажи мне, что ты ее заслуживаешь.
— Какого черта! Что ты плетешь?
— Ты и сам прекрасно знаешь. Ты всегда желал се. И уже давно злишься на меня, что я обошел тебя. Но теперь она твоя. Вся твоя. Вернее, то, что от нее осталось после меня.
Эйден изо всех сил старался не потерять остатки самообладания.
—Ты не смеешь так говорить о ней.
Кевин встал.
— Еще как смею. И не собираюсь игнорировать то, что Корри сказала обо мне сегодня в прямом эфире. Жена моего босса смотрела шоу, а потом все рассказала мужу. Меня только что сделали старшим репортером, и, если из-за Корри меня понизят, я подам в суд на нее и на студию за клевету и оскорбление. И мне наплевать, что владелец студии ты.
Эйден уже собрался сказать Кевину, что нельзя оскорбить человека, у которого напрочь отсутствует чувство собственного достоинства, как внезапно какая-то вещица, висящая на спинке одного из кресел, привлекла его внимание. Она очень напоминала костюм танцовщицы из группы поддержки. Эйден пересек комнату и взял свитер, на котором была изображена эмблема известной бейсбольной команды.
— Готов поспорить, что хозяйка этого костюма сейчас в твоей спальне.
Кевин подскочил и вырвал свитер.
— Вон из моего дома!
Эйден из последних сил сопротивлялся желанию заехать Кевину в челюсть. Но, немного помедлив, он решил применить другую тактику.
— Если я еще раз услышу, что ты подашь в суд на Корри, я сам поговорю с твоим боссом. И объясню ему, что девчонки из группы поддержки интересуют тебя гораздо больше, чем работа.
Не дожидаясь ответа, Эйден выскочил за дверь. Он надеялся, что его угрозы сработают, иначе Корри окажется втянутой в судебное разбирательство со своим женихом. Бывшим женихом, поправил себя Эйден. И сегодня это было единственной хорошей новостью.
Корри больше не связана с Кевином, а значит, вольна делать, что захочет. И он, Эйден, с удовольствием поможет ей пережить, расставание с его братом. Наконец-то он сможет воплотить свои фантазии в реальность, даже если на это потребуется время.
