И вдруг мне пришла в голову мысль, что с появлением малыша я перестану быть «ребенком» и свой собственный ребенок будет Дамарис дороже, чем я, приемная, которая приходилась ей только племянницей. Эта мысль немного пугала, но я выбросила ее из головы и приняла участие в общей суете.

Я никогда не забуду того дня. Посреди ночи у Дамарис начались схватки. Бабушка Присцилла приехала в Эндерби, и повивальная бабка тоже. Из Эверсли-корта прислали нескольких слуг.

Я услышала какой-то шум, встала с постели и побежала в комнату Дамарис. Меня встретила обеспокоенная Присцилла.

— Иди сейчас же в свою комнату, — сказала она непривычно строго.

Так она никогда со мной не разговаривала. Я повиновалась. Когда я опять вышла, одна из служанок сказала:

— Не путайся под ногами. Здесь тебе не место. Я вернулась и стала ждать в своей комнате. Я была очень напугана, ибо чувствовала, что не все в порядке. Мне казалось, словно я опять очутилась в подвале. То, что происходило, сулило перемены. А в то время мне еще нужна была защита.

Ожидание затянулось, а когда наконец все закончилось, радостное настроение ушло из дома. Это было ужасно. Ребенок родился мертвым, Дамарис была очень плоха. Меня никто не замечал. Бабушки и дедушки о чем-то говорили, не упоминая на этот раз обо мне. Разговор шел о бедной Дамарис и о том, как это отразится на ней. А она была еле жива. Джереми впал в уныние, губы его все время дрожали. Он, казалось, думал, что Дамарис умрет, как и ребенок.

Бабушка Присцилла собиралась на некоторое время остаться в Эндерби, чтобы ухаживать за дочерью. Приехал Бенджи и сказал, что возьмет меня в Эйот Аббас. К моему сожалению, никто даже не попытался убедить его не делать этого.

Итак, я поехала в Эйот Аббас, где меня окружили такой же любовью, как и в Эндерби.

Бенджи очень любил меня. Он хотел, чтобы я осталась у него и была ему дочерью. Странно, но когда я оказалась в Эйот Аббасе, на меня нахлынули воспоминания. Я вспомнила, как была здесь раньше, как играла в саду с няней. И лучше всего я помнила тот день, когда Хессенфилд увез меня на корабле, и отель, который закончился холодным и страшным подвалом с Жанной, моей единственной защитой.