— Правительство запретило нам операции с американской валютой, мистер Ричмонд. Но если вы хотите купить авиабилеты, то я мог} принять ваши деньги. Если у вас их хватит.

— Выбор у меня не слишком обширный, как вы полагаете? — произнес Ричмонд, стараясь не думать, как воспримет новость его жена. — Сколько стоят два билета до Лондона?

Агент назвал цену.

— Это же грабеж на большой дороге! — вспыхнул Фред. — Дешевле долететь первым классом до Нью-Йорка! Агент улыбнулся.

— В ближайшее время у нас не ожидается рейсов на Нью-Йорк. Фред мрачно подписал свои чеки и отдал их в уплату за билеты. Больше чеков у него не было, а от возвращенных ему денег осталось всего пятьдесят долларов. Правда, у жены была ее собственная книжка чеков "Америкэн Экспресс", пока еще не тронутая.

Фред изучил надписи на билетах. Там было что-то по-французски.

— Что тут написано? Когда отлет?

— Четырнадцатого. В субботу. В восемь вечера.

— А на завтра у вас ничего нет?

— Нет, к сожалению. Даже с этими билетами вам очень повезло. Наша главная контора находится в Париже, и мы получили от них указание давать американцам преимущество на всех рейсах «Пан-Ам». Иначе бы вам вообще ничего не досталось.

— Понятно. Но дело в том, что я сейчас оказался в затруднительном положении. Никто не принимает американские деньги, даже банки. Сегодня мы последний раз можем переночевать в гостинице, а если рейс послезавтра, то нам придется остаться еще на одну ночь…

— Вы могли бы пойти в зал ожидания аэропорта, сэр. Фред снял свои замечательные часы, «Аккутрон».

— В Америке эти часы стоили бы сто двадцать долларов. Может быть, вас заинтересует…

— Извините, мистер Ричмонд, но у меня есть свои часы. Надежно спрятав билеты под обложку паспорта, Фред вышел через стеклянную дверь. Ему очень хотелось съесть мороженое в кафе напротив, но он не смог себе этого позволить. Последнюю неделю они жили на то, что выручили за будильник и электробритву. Теперь от этих денег не осталось ничего.