Инес нравилось расчесывать и заплетать волосы Джейн в длинную косу, украшать ее красными гвоздиками и розами. Как-то раз, когда ее дочь с сосредоточенным видом крутилась вокруг Джейн с расческой и зеркалом в руках, сеньора случайно перехватила взгляд Луиса, устремленный на девушку, и у нее похолодело внутри.

Она заметила, что с Луисом в последнее время творится что-то странное, даже загадочное. Нельзя сказать, что он замкнулся в себе – наоборот! По-прежнему были слышны в доме его шутки и веселый смех, но она чаще обычного стала находить его погруженным в тяжелое раздумье. На ее вопросы он отвечал невпопад и рассеянно. Но с Джейн Луис был неизменно корректен. Он с удовольствием вел с ней беседы, иногда шутил, и было видно, что им интересно беседовать и нравится находиться в обществе друг друга. Сеньора поспешила сделать утешительный для себя вывод – их взаимная неприязнь исчезла. Они забыли об острых разногласиях и размолвках и перестали обмениваться резкими, колкими замечаниями. Кажется, между ними установились вполне дружеские отношения.

Но сеньору беспокоило другое: она заметила, как изменилась Джейн, которая в его обществе почувствовала себя женщиной, причем желанной.

Все эти наблюдения и выводы ее очень тревожили. Однако она не переставала полагаться на благоразумие Луиса. Он никогда не стремился обидеть или уязвить самолюбие Джейн. Куда подевалось его насмешливое к ней отношение? Зачем он так часто наведывается в Кабо-де-лос-Анхелес? Неужели ему нужна Джейн? Ведь она еще очень молода, а Луису ни много ни мало, а тридцать восемь.