– Мисс Джейн, вам нравится то, как вы проводите здесь лето?

Подчиняясь душевному порыву, она чистосердечно призналась:

– Да, нравится. Очень. Я никогда не была столь...

– Счастлива, – подсказал Луис.

– Да. Здесь все так добры ко мне.

– Я рад, что вы согласились заниматься с детьми и мы позабыли о наших прежних разногласиях. – Голос его звучал искренне. – Я думаю, что к концу лета Хорхе и двойняшки будут говорить по-английски не хуже, чем по-испански. Вы хороший преподаватель, мисс Джейн. Мой добрый друг, профессор Харрис, оказал нам неоценимую услугу, когда порекомендовал вас в качестве учителя.

Джейн покраснела от удовольствия.

– Я стараюсь, – застенчиво произнесла она.

– Не скромничайте – успехи детей очевидны. А чем вы думаете заняться, когда вернетесь в Англию? – спросил Луис.

– Мне надо закончить диссертацию. Вначале я планировала немного поработать здесь, но, увы, не получается. – Джейн сокрушенно вздохнула.

– Да, целыми днями вы заняты с детьми, – согласился Луис. – А как называется ваша работа?

– «Романтичность и жестокость в испанской литературе».

– Правда? – заинтересовался Луис, удивленно подняв брови. – Ну и что вы об этом знаете?

– В Испании очень богатая литература, и мне удалось найти немало интересных примеров. Я много читала испанских авторов.

Джейн обернула полотенце вокруг пояса. Влажный купальник прилип к телу, подчеркивая женственные формы ее стройной фигуры. С распущенными волосами, которые повисли длинными мокрыми прядями, она походила на высеченную из мрамора скульптуру.

– Книги не могут заменить жизнь, – сказал Луис и после паузы добавил: – Мисс Джейн, мне кажется, что по натуре вы романтик. Слушаете испанскую лирическую музыку, вам нравится лунный свет, ночное море...

Его голос завораживал, как тихо журчащий ручей. Джейн встряхнула головой и потерла пальцами виски, пытаясь стряхнуть странное наваждение. Присутствие Луиса, его близость, его взгляд заставляли вибрировать каждую клетку ее тела. Между ними повисла напряженная тишина.