– Ива взяла у меня твой телефон. В конце недели она тебе позвонит.

– Зачем?

– Как – зачем? – удивилась Шурочка. – Ты же Михайловского собралась охмурять! Мне Ива так и сказала перед уходом – пари остается в силе. На выходные тебе придется ехать к ней в Лапутинки.

– Какой ужас… – уныло произнесла Ева. – Очень жалко расставаться с сережками!

– Ты не уверена в своих чарах? – усмехнулась подруга. – Или Михайловский тебе больше не нужен?

– Нужен… – Ева чувствовала себя совершенно потерянной и разбитой. – Только вряд ли он нуждается во мне. Эта твоя Иветта… Похоже, она очень хитрая особа.

– Ива? Ну, я не знаю… А по-моему, она очень приличная и порядочная девушка. Кстати, ее покойный отец – бывший замминистра иностранных дел.

– Серьезно?

– Клянусь! Ты забыла, что моя мама и ее мама – хорошие приятельницы.

– А где Ива работает? Кто она?

– Она закончила МГУ, только вот какой факультет – не помню… Но она не работает, почти постоянно живет в Лапутинках, цветы разводит… Она еще курсы садовых дизайнеров закончила – для себя, разумеется.

– На что же она живет?

– Господи, я же сказала – ее отец был замминистра! А до того он был крупным партийным функционером, наследство оставил немаленькое. Они с матерью не шикуют, конечно, но вполне могут себе позволить ничего не делать.

– Живут на золото партии, значит… – пробормотала Ева.

– Ай, перестань! Я же говорю – вполне приличные люди. Так ты будешь знакомиться с Михайловским?

– Буду.

– Ева, и вот еще что, – насупившись, продолжила Шурочка. – Если ты еще хоть раз меня ущипнешь, то я…

– А кто тебя просил вспоминать про Иванько?!

– Ой-ой-ой, какие мы нежные… Ева!!! Ты опять?..

После, когда Шурочка уже ушла, Ева, так и не переодевшись, снова легла на диван. Она чувствовала себя скверно, на душе была тоска – но не сливовый ликер был тому причиной. Уж как она не хотела вспоминать о Ярославе Иванько, а пришлось!..