Мила скосила глаза на родственников. Дмитрий Анатольевич и Ольга Кузьминична растерянно молчали, просто не зная, что делать в такой ситуации. А кузина Лика снова стала дергаться, словно под грозовым электричеством. В общем, поскольку никто заранее не объяснил, как грамотно отказать подобному кавалеру, то проще было согласиться.

Мила подала руку и последовала за своим партнером в центр зала.

Ольга Кузьминична, глядя вслед племяннице, ломала руки, а заодно и клатч Gucci.

«Боже ж мой!», – причитала она. – «Что с нами будет? А что я скажу маме?.. Ой-ой-ой-ой-ой!.. Может, Черский ничего не успеет узнать и согласится жениться? А там разберемся, что делать… В крайнем случае, уедут в Юго-Восточную Азию, раз она им так нравится».

Решив, таким образом, будущность Милочки, она, наконец-то, обратила внимание на дочь. И то, что она увидела, невольно заставило Ольгу Кузьминичну мысленно поблагодарить племянницу, отвлекшую внимание от совершенно неприличных конвульсий кузины.

Мать заботливо обняла Анжелику и повела ее вдоль стеночки:

– Пойдем-пойдем, дорогуша. В дамской комнате есть нюхательные соли и… еще много чего нужного, – она с сожалением обернулась к мужу. – Ты же видишь, Митя, я не могу остаться. Присмотри за Милой… Да-да, потом все расскажешь. В подробностях!

Как ни удивительно, но мысли Милочки Обольяниновой следовали тем же маршрутом, что и у тетки.

«Бабуля будет в ярости. Потерять такую партию!.. Но, может, Максим Черский ничего не узнает? Может, мы успеем пожениться, пока сплетни не распространяться? Я готова уехать к нему в Юго-Восточную Азию. Прямо завтра! Нужно немедленно написать бабушке и вызвать ее в Москву… Черт бы побрал этого ужасного Влада Путятина!»

Иными словами, Людмила Николаевна Обольянинова, дочь и внучка дипломатов, готова была мужественно принять свою судьбу: получить подножку Путятина, рухнуть на паркет, услышать язвительную реплику, а затем стать героиней светского скандала.