
Последнее время Ксения ходила либо в зарекомендовавших себя босоножках на низком каблуке, либо — в плохую погоду — в старых черных туфлях. Выкидывать очередную сумму денег, чтобы эти туфельки через час уже полетели в мусорку?.. Эх…
— Пойдем, примерим, — Ленка уже тянула ее в магазин. Она первая попросила у продавщиц приглянувшуюся пару, но очень быстро пришла к выводу, что туфли ей не нравятся. А вот Ксении они нравилиись тем больше, чем дольше она на них смотрела. Как раз к тому платью, что она собиралась в субботу надеть на свиданье. В итоге она их взяла.
В субботу, увидев в парке Лену, Андрей и Ксюша настороженно переглянулись, но убегать было глупо.
— Привет, солнце мое! — жизнерадостно прочирикала Лена, чмокнув подругу в щечку. Потом поцеловала Андрея. — И тебе, красавчик.
Андрей постарался встать так, чтобы Ксюша оказалась между ним и настырной Леной. И — вот что странно — та даже не попыталась поменять этот расклад. Она щебетала, стреляла глазками в сторону «принца», нахваливала вкус и чувство красоты у подруги, восхищалась ее новыми босоножками, — в общем, вела себя как обычно, а не как «на охоте».
Туфли не выдержали и часа. В самый разгар оживленной тирады Лены каблук вдруг подломился. Поскольку Андрей держал Ксению под руку, то она совсем не повредила ногу. Они вынуждены были попрощаться с Леной. Та проводила их легкомысленным «пока». В этом был только один хороший момент: в субботу домой она вновь прибыла на руках своих принца. А туфли в магазине согласились заменить по гарантии.
Эта неделя заканчивалась со счетом «девятнадцать-ноль». В смысле девятнадцать свиданий — ноль поцелуев. Еще немножко… Максимум через семь дней, в следующую пятницу… Или даже раньше, если Андрей в очередной раз решит смошенничать, а она решит этого не заметить.
В понедельник с утра Ксения положила на стол своего начальника заявление «по собственному желанию». По договору, она обязана была предупредить его за две недели. Вот и замечательно. Она устроилась секретарем к одному бизнесмену, его беременная секретарша как раз отправлялась в декрет.
