Когда две минуты подошли к концу, он вернулся в гостиную, схватил туфли, которые Лена не успела надеть, ее сумочку, подхватил Лену под локоть и вытолкал в коридор, не реагируя на ее гневные выкрики («эй, поаккуратнее!»). Потом с наслаждением хлопнул дверью.

Увидев заплаканную подругу перед своей машиной, Лена на мгновение опешила, потом быстро нацепила соответствующую случаю маску.

— Ксюш, прости… Все как-то само собой… Я не думала, что так получится.

— Ты не думала? — Ксюша холодно, презрительно заулыбалась. — Ты — и не думала? Да ты все просчитала еще две недели назад! И если ты думаешь, что я поверю в твою… инсценировку, то ты глубоко заблуждаешься.

Лена открыла было рот, но Ксюша не дала ей вымолвить и слова.

— Лена, я пять лет считала тебя своей подругой, потому что наши интересы не пересекались. Иногда это было даже забавно — наблюдать, как ты… Но теперь — все. Ты очень хорошо показала, сколько много значит для тебя наша дружба. Все.

Ксюша развернулась и похромала к подъезду Андрея, стараясь не потерять босоножку.

— Ксюха, кончай дурить, — раздался позади удивленный голос Лены. — Сама ж потом прибежишь ко мне жаловаться, когда он тебя бросит!

Она даже не обернулась.

Когда раздался третий звонок в дверь за вечер, Андрей весь подобрался. Честно говоря, он ожидал, что вернулась Лена — за забытой серьгой или еще чем-нибудь в этом роде. Но в глазок он увидел Ксюшу. Так… чего можно ожидать от расстроенной женщины, час назад практически уличившей своего мужчину в измене? Гневных слов? Пощечины? Ладно… Он открыл. Ксюша закусила губу, не зная, что сказать.

Он окинул ее быстрым взглядом — от туфли с разорванным ремешком до покрасневших от слез глаз.