– Я «общая мама» всех этих девочек, – не без гордости сообщила она, скромно умолчав о том, что Хильди Фастис сломала ногу и роль сопровождающей мамочки доверили ей в последнюю минуту.

Она тут же вспомнила, как Хильди не очень уверенным и подозрительно сладким голосом уверяла ее, что с детьми не будет проблем и что ее ожидает приятное времяпрепровождение и отличный отдых. Даниель совсем не понравилась презрительная ухмылка на лице красавца ковбоя, и она поспешила добавить:

– Когда я согласилась следить за девочками, мне сказали, что я могу ехать впереди.

Но ухмылка не исчезла. Напротив, этот парень теперь ослепительно улыбался, отчего в уголках губ появились забавные ямочки.

– Ты собираешься сама править? – поинтересовался он.

Даниель отрицательно замотала головой. Конечно, она не совладает с лошадьми. Отчего-то она вдруг занервничала.

– Тогда предлагаю тебе слезть оттуда, – не терпящим возражений тоном произнес ковбой.

Даниель наморщила лоб, словно стараясь понять, почему он такой бестолковый. Она безумно устала и уж точно не никому не отдаст свое место без боя, тем более что его высокомерный тон задел ее самолюбие.

– Но здесь полно места. Я абсолютно не понимаю, по какой причине не могу ехать рядом с возницей.

Он снял шляпу и снисходительно улыбнулся.

– Ты не поняла, милая, – повозки будут двигаться очень медленно. Неужели ты думаешь, что лошади смогут тащить не только ваши вещички, но еще и вас в придачу? Да ни одна лошадь этого не выдержит. Тем более это моя повозка. Так что тебе придется идти пешком вместе с остальными. Или ты вообще отказываешься от затеи участвовать в походе и уезжаешь туда, откуда приехала.

Что он имел в виду, сказав, что это его повозка? Обворожительная улыбка на лице Даниель померкла.

– Я уверена, вы что-то напутали. Я уже сказала, меня заверили, что мне ни в коем случае не придется идти пешком, – продолжала настаивать она. – И перестаньте мне «тыкать»!