- Но, Линда, я же не увижу тебя целую вечность! - запротестовал он. - Этот Уорнер живет у черта на куличках. Ты приняла не самое лучшее решение!

- У меня нет другого выхода, - с сожалением заметила девушка. - Филипп Уорнер вспомнил о том, что я существую, и выразил желание помочь. Это уже неплохо характеризует человека, ведь так? Они с моим отцом очень любили друг друга. Знаешь, когда я там устроюсь, то обязательно приглашу тебя на уик-энд.

Однако в глубине души Линда чувствовала, что, говоря эти слова, она утешает и уговаривает не столько Дэйва, сколько саму себя. Просто пытается бодрыми словами отогнать собственные страхи.

- Почему ты не называешь его дядя Филипп? - не скрыл своей подозрительности Дэйв.

- Потому что он мне не дядя. Мы не родственники.

- Да ты что! Сама же говорила, что он брат отца! Ну, значит, и не надо туда ехать! - занервничал молодой человек. - Ты же совсем не разбираешься в людях, а у него, судя по фотографии, очень тяжелый взгляд. Мне не нравится твой писатель. Случись там что-нибудь с тобой - я даже не смогу тебе ничем помочь.

Линда улыбнулась. Она вполне может постоять за себя. Худенькая, длинноногая, девушка производила впечатление хрупкой и беззащитной, но сама себя таковой не ощущала. Сейчас, конечно, слабость после перенесенного заболевания дает себя знать, но это дело поправимое. Смена обстановки, свежий морской воздух поставят ее на ноги. Так что можно считать, приглашение Филиппа пришлось весьма кстати.

- Давай поженимся, - внезапно предложил Дэйв.

Это прозвучало так неожиданно и было сказано на таком драматичном нерве, что Линда рассмеялась.

- Как временное решение моих проблем?

- Может быть, у нас все сладится, подумай, - уже тоскливо настаивал парень.

Идея запоздалая, но, возможно, и неплохая. Дэйв - из разряда современных донкихотов. Ну разве не благороден - в трудную минуту жизни не задумываясь предлагает руку и сердце. А есть ли в том сердце любовь? Ревность - еще не любовь. Да и трудно его представить в роли мужа.