Тем временем машина въехала на вершину утеса, и взору Линды предстал дом, где жил и творил известный прозаик Филипп Уорнер. Остроконечный мыс врезался в поверхность воды, а на нем гордо и своевольно возвышался дом, обращенный к морю. Серые каменные стены - будто сказочные воины, готовые в любой момент отразить удары ветра и волн. Позади дома раскинулся сад с зелеными лужайками и невысоким кустарником. Растения немного смягчали суровый вид дома, будто бросающего вызов стихии.

- Вот мы и приехали. Это и есть Уорнер-хаус.

Линда со смешанным чувством страха и любопытства разглядывала серые камни стен, узкие прорези высоких окон, обращенных к морю, и широкую подъездную аллею, ведущую к парадному крыльцу. Огромные клумбы рододендронов, еще не цветущих, красовались по обе стороны аллеи.

- Вы знаете, как называют в народе этот дом? - спросила Мэдж, проследив за взглядом спутницы. - Дом призраков. Жутко, не правда ли?

- Скорее интригующе, - поспешила возразить Линда, не желая обнажать перед малознакомым человеком свои истинные чувства. - В этом доме есть некая первобытность, что роднит его с морем, с небом, с ветром. Теперь я понимаю, почему Филипп Уорнер поселился именно здесь.

- Ну, я могу сказать, почему Фил здесь поселился, - выпалила Мэдж, явно раздосадованная тем, что ее слова не обратили гостью в немедленное бегство. - Это его родина. И все-таки большой город больше ему подходит. Мне иногда кажется, что Фил живет здесь из духа противоречия. Всем назло.

Линда кинула на собеседницу быстрый взгляд. Та сидела, поджав губы. Значит, ознакомительный урок закончен. Ну и хорошо. Можно лишь вздохнуть с облегчением. И зачем только ее уши услышали, что это место зовется Домом призраков и что некто живет здесь кому-то назло.