Мария и Виржиль чрезмерно гордились сыном, хотя старались не показывать этого. Фотографии, покрывавшие стены зала, говорили сами за себя. Мария с трепетом и беспокойством рассматривала сцены боев своего младшего сына.

— А как поживает Мигель? — спросил Жослин, снова беря бокал в руку.

— Я верю в его успехи, — сказал Виржиль, ни на кого не глядя. — Он работает в административной партии, а ты знаешь, как все стало сложно в последнее время. Он ведет там бухгалтерский учет, но продолжает участвовать в выращивании быков, они ему все-таки небезразличны. Он будет здесь к ужину, очень хотел тебя увидеть. Почему ты так редко бываешь у нас?

Виржиль сменил тему разговора, и Жослин больше не решился заговорить о Мигеле. Семья Васкесов была для него близкой и дорогой, он знал все ее темные стороны и запретные темы. Жослин редко видел Мигеля. В отличие от других детей Виржиля, этот парень не только не любил быков, но и боялся, поэтому выбрал себе другую стезю. Но он боялся и жизни вообще, поэтому, получив все возможные дипломы, так и не решился искать работу в другом месте, обосновавшись на предприятии отца, несмотря на то, что тому тяжело было ежедневно видеть своего «неудавшегося» сына. Виржиль смирился с этим ради Марии, которая очень любила всех своих сыновей. Что касается Пабло, то он уже давно занимался выращиванием быков для корриды, женился на хорошенькой испанке, родившей ему кучу крикливых ребятишек. Он часто приезжал в Камарг; им гордились, ему всегда были рады.

Жослину все это было известно, как, впрочем, и многое другое, ибо они были знакомы с Виржилем еще со школы в Арле, где вместе учились. С тех пор их дружба не прерывалась. Их связывала обоюдная симпатия, и Жослин часто сбегал к Виржилю, будто искал поддержки у старшего брата. Именно Виржиль открыл Жослину глаза на чудеса Камарга, где издавна выращивали быков. Они всюду бывали вместе. Виржиль заходил в самую гущу стада, играя роль пастуха и объясняя испуганному Жослину разницу между испанскими боевыми быками с тупыми рогами и быками из Камарга, у которых рога были в виде лиры и требовали меньшего ухода, по мнению Виржиля. Он крепко держал за руку Жослина, пробираясь по местным болотам, по ночам звал его смотреть на звезды и рассказывал о них, играл на гитаре и пел, хотя и фальшиво.