Рафаэль не знала, как выйти из тупика, куда она завела их обоих, и не могла найти сил на что-то решиться. Она даже представить не могла, как сказать Жослину. Стоит признать, что праздный образ жизни и бесконечные подарки нравились ей, но в свои почти тридцать она только и мечтала, что разбогатеть и родить детей. Бабушка, мама и многие друзья намекали ей, что этот шанс не стоит упускать.

Подвести черту и оформить отношения было проще всего. Жослин мог обеспечить ей беззаботное, но скучное будущее. И все же не стоило отрицать, что она полюбила его. Особенно когда стала замечать восхищенные взгляды женщин любого возраста. Она представила, как возьмет его фамилию и будет жить с ним в одном доме… И даже если некоторые вещи ее раздражали, в целом образ жизни этого старика, годившегося ей в отцы, устраивал ее.

Жослин забывался в работе, чтобы не думать о Рафаэль. Его дела шли все лучше и лучше.

Так могло продолжаться еще очень долго, но Рафаэль с ужасом ожидала наступления тридцати — тревожного и решающего возраста. Она поняла, что нужно принимать конкретное решение: либо бросить Жослина и уйти в никуда, либо женить его на себе. Не зная, что он мечтает об этом, Рафаэль продолжала отмалчиваться. Через некоторое время он организовал поездку в Камарг, желая снова удивить ее.

Повезти Рафаэль к Виржилю было равно признанию в любви, так как тот был старым другом Жослина, а его уважение не так-то легко завоевать. Виржиль жил в раю, который Жослин не показывал ни одной женщине. Здесь он как бы вновь обретал семью.

Со вчерашнего дня он жаждал встретить Руиса. Жестокое зрелище на арене быков вызвало непонятную, дикую радость в сердце Жослина. Последний раз он видел тореадора, когда тот был еще подростком с неудержимой любовью к быкам, веселившей его отца. Теперь Виржиль редко бывает весел, однако Жослин отдал бы все, чтобы иметь такого сына.

Они покинули Альпы, пересекли Рону и стали спускаться в сторону Кро. Жослина охватило нетерпение. Шофер спросил что-то по-испански, Жослин коротко ответил ему.