— Необходимо проверить, исправна ли ваша сигнализационная система, мистер Флойд, — произнес он деловитым тоном.

Пауль скривил губы.

— Она установлена совсем недавно.

— Кто-то мог умышленно вывести ее из строя, — со знанием дела пояснил Рейнфол.

— Эта система — лучшая из существующих на сегодняшний день в Европе, — буравя детектива глазами, сказал Пауль. — Вывести ее из строя не так-то просто.

Рейнфол усмехнулся.

— Люди, отважившиеся на хищение детей, — наверняка не какие-нибудь авантюристы, мистер Флойд. Я больше чем уверен, что мы имеем дело с расчетливыми и умными профессионалами.

Глаза Пауля зловеще потемнели.

— А вас как прикажете называть, мистер Рейнфол? — процедил он сквозь зубы. — Авантюристом или же профессионалом?

Вопрос Флойда прозвучал для Рейнфола крайне оскорбительно. Но он четко знал, что ссора с ним — крупным белфастским промышленником — грозит ему серьезными неприятностями. Поэтому ответил с достоинством, но не повышая тона:

— На моем счету, мистер Флойд, десятки раскрытых преступлений.

— Итак, что вы намереваетесь делать? — игнорируя его слова, потребовал Пауль.

— Наша главная задача — дождаться звонка злоумышленников. — Рейнфол уставился на телефонный аппарат, словно гипнотизируя его. — Естественно, они от вас что-то потребуют. Скорее всего — деньги.

— Я готов пойти на что угодно, лишь бы вернуть детей домой невредимыми, — заявил Пауль. — Как только это произойдет, я сделаю все, что в моих силах, чтобы по заслугам наказать подонков, заставивших нас всех страдать. Надеюсь, вы поможете мне в этом?

— Конечно, — пробормотал Рейнфол, отворачиваясь. В словах Флойда прозвучало столько неумолимости и решительности, что на мгновение он испытал странное, прежде неведомое ему чувство — нечто напоминающее жалость к преступникам. Создавалось такое впечатление, что Пауль Флойд готов в буквальном смысле стереть их в порошок.