Машина проехала мимо и теперь с громким тарахтеньем карабкалась вверх по разбитой улице. И в этот момент Иван обернулся и посмотрел Вале прямо в глаза — безразлично и вместе с тем удивленно.

— Могли бы и пригласить! Покататься… — возмущенно заметила Лида, когда машина скрылась из виду в облаке золотой пыли. — У них, между прочим, были свободные места…

— Кто нас мог пригласить? Они? — удивилась Валя. — С чего это вдруг?

— А с того… Просто так! Ты сама подумай, Пирогова, — у нас в поселке, кроме нас, и пригласить некого!

— Вообще-то… а ты бы поехала? — с любопытством спросила Валя.

— Конечно! Я тут, можно сказать, со скуки помираю… А ты бы согласилась? Нет, если бы ты отказалась, я бы тоже не поехала, — решительно заявила Лида, энергичным движением бросив кофту назад, на скамейку. — Раздевайся, Пирогова, уже жарко, а мы все еще, как старые бабки, кутаемся! Я не понимаю, почему на даче принято ходить в этом рванье…

— Тебе нравится Илья? — спросила Валя, тоже бросая свою кофту назад. На ней был короткий ситцевый сарафан с узором из васильков, и она плечами и голыми руками сразу же почувствовала солнечный жар, который лился сверху. — Как хорошо…

— Честно? Да.

— Он какой-то… ну… страшный. У него лицо очень мрачное.

— Господи, Пирогова! Он просто серьезный молодой человек. Ты сама подумай — у кого в его годы ты видела машину? Ну, конечно, это не «Волга» и не «Жигули», но для нашей местности все равно очень даже солидно!

— Ты права… А мне Ваня нравится, — неожиданно призналась Валя и засмеялась — она только что поняла это, и открытие удивило ее саму.

— Ну, на вкус и цвет, как говорится… — тоже засмеялась Лида. — Как тебе мой костюмчик, а? Черт, надо было сразу в таком виде здесь у забора встать! А теперь они уж ни за что не вернутся! Я думаю, мы им какими-то чучелами показались…

— Очень милый костюмчик…

На Лиде были юбка и рубашка из яркой красной ткани в мелкий белый горох.