— А как же любовь? — искренне изумилась Милли.

— Не знаю, что это такое. Не пробовала! — отрезала Памела.

— Слушай, ты что, обиделась? — Милли, казалось, была искренне опечалена холодностью Памелы. — Просто слишком уж ты хороша для бизнес-леди. Поверь, в этом-то уж я знаю толк. Ты могла бы стать первоклассной фотомоделью, если бы захотела. Неужели тебе никогда никто этого не предлагал?

Предлагали. И не только это. Губы Памелы сурово сжались.

— Ясно, — заключила Милли. — Я тебя достала, и ты полезла в бутылку. Ладно, хватит на сегодня, а не то, чего доброго, поссоримся…

Девушка явно была раздосадована, и Памела ощутила приступ раскаяния. В самом деле, кого она из себя строит, и для чего?

— Прости, — она приобняла Милли за плечи. — Я просто не в духе нынче. Слушай, что делаешь сегодня вечером? Хочешь составить мне компанию?

Узнав о перспективе совершить экскурсию по ночному Риму, Милли тотчас воодушевилась.

— Тогда я скачу прямиком в душ, а ты одевайся и жди звонка этого твоего парня. — Взглянув на Памелу, она тотчас спохватилась: — Ах, прости, твоего коллеги… — И, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью ванной.

Порывшись в чемодане, Памела достала единственное платье, которое прихватила с собой в поездку, поскольку предпочитала носить джинсы или свободные брюки, что было не в пример удобнее. Разложив платье на кровати, она окинула его критическим взором.

Единственная по-настоящему дорогая вещица в ее немудреном гардеробе. Черное, атласное, от «Шанель». Как же редко она его надевала!..

Разыскав тонкое кружевное белье под цвет платья, Памела принялась одеваться. От нежных касаний кружев кожа ее словно теплела, а по спине, вдоль позвоночника, пробегала странная дрожь. Да что с нею сегодня?