— Мы — скорпионы, — сказал Майк. — У нас жало на кончике хвоста!

— Еще одна вещь. Почему вы так уверены, что Саманта Пайк была с Артом Стиллмэном, когда его убивали?

— Они были здесь, — сказал Майк Перини. — Поздно вечером в субботу. Арт все хвастал этой знаменитой певицей в стиле рок-н-ролла, что была с ним. Они уехали около полуночи. Мы так подумали, что Арт повез ее домой, чтобы поприжимать там, зачем же еще?

Но оказались не правы.

— Вы оба видели ее? Вы уверены, что это была не какая-то другая девушка?

— Мы оба ее видели, — твердо заявил Луис. — Арт представил нас ей. Она подвыпила и без конца говорила, какая она великая певица и что ее последняя запись разойдется миллионным тиражом и...

— И много такой же чепухи, — закончил за него Майк. — А знаете что, Холман? Вы все можете так просто обделать. Уговорите ее сказать вам, кто убил Арта.

А потом скажете нам.

— И у вас сорок восемь часов на все это, — сказал Луис. — Приведись мне, так я расколол бы ее в первые же полчаса! Когда начнете с ней работать, то первым делом принимайтесь за лицо. Вы знаете, Холман? Они до ужаса боятся потерять свой шикарный вид.

Я допил виски, поставил пустой стакан на стол и встал. На какое-то мгновение мне захотелось стукнуть их лбами, но это не помогло бы решить мою задачу. Я вышел из клуба, сел в машину и поехал домой, в мою маленькую конуру в Беверли-Хиллз.

Когда я приехал, было девять вечера, ночь только вступала в свои права. Я набрал номер Ленгэна, и усталый голос ответил, что он уехал на ночь и будет не раньше полудня следующего дня. Я оставил свое имя и номер телефона с твердой уверенностью, что они будут немедленно забыты, как только там положат трубку.

Потом я набрал номер, который мне дала Трэйси Нэш, ясный голос ответил после четвертого звонка.

— Анджела Броутон? — спросил я.

— Да, Анджела Броутон.