Судьба словно бы специально позаботилась о том, чтобы полностью исчерпать его терпение, а заодно и превратить во всеобщее посмешище. Так стоило ли удивляться тому, что череда невезений продолжилась, и вот теперь он неприкаянно брел по оживленным улицам в линялых джинсах и майке с идиотской надписью.

То-то повеселились бы коллеги по адвокатскому цеху, увидев его сейчас! При мысли, что он может случайно встретиться с кем-то из знакомых, — а их контора имела клиентов по всему Западному побережью, — Крис испуганно огляделся по сторонам.

— Эй, красавчик, не меня ли ищешь? — по-своему истолковав это движение, окликнула его пышногрудая красотка с большим пластиковым стаканом кока-колы в руках. — Хочешь, я тебя поцелую?

— Нет-нет, спасибо! — поспешно воскликнул Крис, шарахнувшись от нее.

— Напрасно отказываешься! Я умею это делать очень даже славно! — вдогонку ему крикнула развеселая девица и под дружный смех окружающих нарочито медленно облизнула пухлые полураскрытые губы.

В другое время от такого поцелуя трудно было бы отказаться, но сейчас Крис остерегался всего на свете. Не хватало, чтобы и дурацкую белую майку ему залили кока-колой, от которой остаются жуткие бурые пятна.

Но как же быстро начали сбываться предсказания хозяина магазинчика в отношении местных красоток!

Размышляя об этом и опасаясь, как бы очередная из экзальтированных местных девиц ни попыталась наброситься на него с поцелуями, Крис медленно брел по улице… И вдруг услышал тягучие звуки саксофона.

Невидимый пока музыкант старательно выводил хорошо знакомую мелодию классического блюза из репертуара незабвенного Дюка Эллингтона, причем делал это с таким мастерством, что Крис невольно прибавил шагу, стремясь подойти ближе и посмотреть на того, кто так замечательно играет.