Фокс подошла к маленькому зеркальцу, висевшему над раковиной. Она редко смотрела в зеркала, потому что они всегда отражали не то лицо, какое ей хотелось бы видеть — счастливое круглое детское личико, — а обыкновенное, некрасивое лицо взрослого человека, во взгляде которого таилось недоверие.

Она вглядывалась в зеркало в надежде увидеть то, что увидел Мэтью Таннер, когда смотрел на нее. Неопрятные пряди рыжих волос, выбившиеся из пучка на затылке. Нет, пожалуй, не рыжие, а каштановые. «Каштановые» звучало более изысканно, хотя какое ей, к черту, дело до изысканности? По крайней мере лицо у нее чистое. И все зубы на месте, что само по себе удивительно, если вспомнить, что она участвовала в таком количестве драк, каким не каждый мужчина мог похвастаться. У Мэтью Таннера тоже все зубы целы, отметила она про себя.

Ему нужен проводник, который довел бы его до Денвера.

Она все смотрела в зеркало. Как это говорится в старой пословице? Опасайся загадывать желание — оно может исполниться. И вот теперь ей представился шанс, о котором она говорила Пичу. Если она станет проводником Мэтью Таннера, он заплатит ей и она поедет туда, куда хотела. К тому же она приедет в Денвер с деньгами в кармане. Прикусив губу, она вернулась к окну. Интересно, о чем это там разговаривают Пич и Таннер?

Нахлобучив пониже шляпу, она рванула дверь и стала спускаться по тропе к озеру.

— Вы все еще здесь? — Она прошла мимо валуна, на котором сидели Пич и Таннер.

— Мы беседуем о войне, — сказал Таннер, вставая, будто в комнату вошла леди.

— Мистер Таннер полагает, что отмена рабства неизбежна. Тогда я стану свободным человеком.