— Надеюсь, что нет, потому что это будет верхом невоспитанности с твоей стороны и мне будет очень стыдно за тебя.

— А они, значит, ведут себя воспитанно? Им не стыдно?! — кипятилась Синди.

— Эти люди поступают нехорошо, но не наше дело судить их. Наша задача оставаться друзьями мистера Логана и поддержать его. В конце концов, и все остальные поймут, что были не правы.

Оливия видела, что Синди тоже очень переживает из-за Дерека и злится на всех, кто относится к нему с предубеждением. Очевидно, что девочка боготворит его. Она все время прислушивается к его шагам в холле или на лестнице и старается найти любой предлог, чтобы оказаться у него на пути и перекинуться с ним хотя бы парой слов. Это немного беспокоило Оливию, но она ничего не могла поделать, поэтому решила: пусть все идет своим чередом. Она верила в судьбу и знала: за все в жизни нужно платить. И если ей предстоит расплачиваться за то, что она совершила, пусть даже и с самыми благими намерениями, значит, так тому и быть.

Оливия понимала, как необходима Дереку сейчас любая, даже самая маленькая поддержка, поэтому не могла, не имела права запретить Синди видеться или разговаривать с Дереком.

Вот и сейчас девочка с нетерпением поглядывает в кухонное окно в ожидании Логана, который вот-вот должен подъехать на стареньком «шевроле», который взял напрокат, пока не починят его машину. Он уже приступил к своей работе, но почему-то отказывался говорить о ней, а Оливия благоразумно не лезла с расспросами.

В холле зазвонил телефон. Синди соскочила со стула.

— Я отвечу. — И выбежала из кухни. Через пару секунд из холла послышался ее голос. — Это тебя, мам!

Оливия поспешила к телефону.

— А, это вы, миссис Стоун! Здравствуйте, очень рада вас слышать, — проговорила она своим профессионально вежливым тоном, которым обычно разговаривала с клиентами. Миссис Стоун арендовала у нее Голубую гостиную для праздничного обеда по случаю ухода ее мужа на пенсию. — К вашему торжеству уже все готово.