— Сэми…

— Да ты послушай! Идеальное решение! Во всяком случае — очень близкое к идеалу.

Рози закрыла глаза и застонала.

— Даже знать не хочу. Скажи только, что мне не придется расхлебывать последствия твоей блестящей идеи.

— Не придется. — Сэми лучезарно улыбалась. — Я уверена, Кармела и Дария тут же возьмутся за дело, как только ребенок появится на свет.

— Чей? — спросила Рози. — Твой или мой?

— Разумеется, твой. Мой еще только в проекте.

— Ты меня пугаешь, Сэми.

— Знаешь, я себя тоже пугаю. — Она усмехнулась. — Разве не здорово? Я сейчас же сяду писать объявление!

— Объявление? — Рози взяла у Сэми чашку и принюхалась.

— Что ты делаешь?

— Проверяю на наличие галлюциногенов. — Рози покачала головой и вздохнула. — Все чисто. Это может означать только одно.

— Что именно?

— Ты сошла с ума.

— Ты с ума сошла?

Бэйб Фонтэйн уселась в полосатое кресло и сбросила туфли.

— Милый, — сказала она, потянувшись за сигаретами, — так говорить невежливо.

— Ты права. — Ной Хок пересек уютную гостиную Бэйб, пытаясь спастись от табачного дыма; его пес Одиночка шел за ним по пятам. Ной остановился у огромного окна и взглянул на восхитительную панораму Сан-Франциско, раскинувшуюся внизу, и освещенную солнцем бухту, посверкивающую на горизонте. — Прошу прощения. Конечно, это не оправдание, но у меня был тяжелый день.

— Удалось помочь клиенту? — спросила Бэйб, глядя ему в затылок.

— Мне всегда удается помочь клиенту, это то, что я делаю лучше всего. — Ной повернулся спиной к окну. — К сожалению, все закончилось не слишком хорошо. Оказалось, что бухгалтер моей клиентки ограбил ее на крупную сумму.

— Ужасно. Надеюсь, ты натравил на него своего волка?

— Волки — дикие животные, — мягко сказал Ной, — их нельзя держать как домашних любимцев. Раз Одиночка принадлежит мне, он не волк.