— Говоришь как мужчина, который начал пользоваться телефоном после того как узнал, что его жена беременна.

Патрик вытащил ее из дома, выключил свет, потом хорошенько закрыл дверь.

— Да, и теперь, когда вижу как они полезны, я советею тебе обзавестись одним.

— Мне он не нужен, потому что мне больше никуда не надо ходить.

Он в удивлении посмотрел на нее. — Тавиш уволил тебя?

— Уволил.

— Должно быть подбитый глаз побудил его сделать это, — сказал он, безрезультатно борясь с озорной улыбкой. — Как он (синяк) смотрится сегодня?

— Мило созревает.

— Хороший удар. — он положил руку на ее плечи и повел по тропинке. — Не мучай себя из-за этого, Сани. Мы не позволим тебе умереть от голода.

— У меня есть деньги, Патрик, — сухо сказала она.

— Мы все равно будем кормить тебя, так что ты все не потратишь на еду. — Он поднял воротник пиджака. — Чертов холод. Давай пробежимся. Мы промокнем до костей, если не поторопимся — ох, но ты уже итак вся мокрая, да?

Она впилась в него взглядом, но он только улыбнулся.

— Не беспокойся, можешь воспользоваться шкафом Медлен, когда доберемся до дома. Я куплю ей что-нибудь отдельно, что бы восполнить потерь пары вещей.

— Ты и так уже слишком много купил ей, — пробормотала Сани. — Она бесконечно на это жалуется.

— Да, знаю, — сказал он с самодовольной улыбкой мужчины, который знает, что жена обожает его. — Давай все равно пойдем быстрее. Я говорил тебе, что Медлен сделала на десерт? Кое-что из шоколада, специально для тебя.

Учитывая день, который у нее был, она подумала, что могла только сдаться и принять участие в ужине. Она кивнула, а потом поспешила за ним по тропинке.

Несколько часов спустя она сидела перед огнем с чашкой чая в руке. Теперь, когда у нее не было ничего, из-за чего бы пришлось рано вставать, не было смысла рано ложиться спать. Она задумалась, делает ли она ошибку оставаясь в Шотландии.