Клос услышал только слова «Росе» и «в беседке». Но и этого ему было достаточно. Он быстро направился вслед за вышедшим из толпы консулом. Фрау фон Тильден шла впереди Гранделя.

В беседке, где Клос недавно искал уединения, теперь лежала неподвижная Росе. Она была мертва. Петля из цветной шали плотно прилегала к ее нежной шее. На полу лежала открытая дамская сумочка. Губная помада, пудреница, кошелек с деньгами, французский паспорт – все было на месте.

Машинально Клос посмотрел фамилию в паспорте: Росе – Мария Ляурин, родилась в 1908 году. «Ей было всего тридцать пять лет. Но она выглядела еще моложе», – подумал Клос и концом шали накрыл ее лицо.

– Боже мой, – причитал Грандель, – я так всегда старался избежать скандала. – Что же сейчас делать?

– Думаю, необходимо вызвать полицию, – сказал Клос.

– На территорию консульства?

– Вы просто ошалели! – воскликнула фрау фон Тильден.

Клос посмотрел на нее с удивлением. Крепкие нервы, однако, у этой нацистки.

– Боюсь, – со вздохом произнес Грандель, – что не удастся избежать вызова полиции, хотя она и окажется а весьма затруднительном положении, ибо почти все присутствующие на приеме иностранцы пользуются дипломатическим иммунитетом. Не могли бы вы, господин Клос, помочь нам в эту трудную минуту? Мы с фрау Тильден пойдем, – кивком головы консул показал в сторону гостей, которые смехом и аплодисментами награждали ловкость Пауля и отвагу консульши, – и попробуем подготовить их к тому, что произошло. А вы, господин Клос, позвоните в полицию, хорошо?

В это время Клос заметил на полу беседки смятую бумагу и, как будто бы обронив носовой платок, наклонился, чтобы поднять ее. Он спрятал поднятую бумагу вместе с носовым платком в карман и только тогда ответил, что готов помочь консулу во всем.

Фрау фон Тильден вышла из беседки первой. Грандель и Клос шли в нескольких шагах от нее.

– Клос, – консул схватил его за локоть, – прошу вас ответить: это с вашего позволения, или, может быть, вы сами?..